ВЕРСИЯ ДЛЯ СЛАБОВИДЯЩИХ Вернуться к обычному виду



+7 (3537) 62-01-01
Приёмная


Жизнь его – фотороман с многоточием вместо финала 9 ноября 2020

Порой одна лишь фотография может рассказать о человеке больше, чем сотни и тысячи слов. Например, фото, на котором Василий Борисович Моргунов запечатлен в осеннем лесу с фотоаппаратом «Киев-17» в руках.

Автор многочисленных стихов и рассказов, фотохудожник, член Союза литераторов Оренбуржья и Географического общества СССР, Василий Борисович всю свою жизнь посвятил литературе и природе.

Этот снимок, как и многие другие, в свое время был передан в МКУ «Архив» Новотроицка вдовой В.Моргунова на постоянное хранение. К слову, фотопейзажи Василия Борисовича украшают коридоры и рабочие кабинеты учреждения, составляя постоянно действующую выставку памяти мастера. 

Глубина искренних слов

Любой писатель лучшие сюжетные ходы и характеры, необычные детали черпает из собственного опыта. 

Заметно это и на примере биографических рассказов В.Моргунова. Один из которых – «Родник моего детства» – иллюстрирован одноименной фотографией. В нем говорится о главной детской мечте Василия Борисовича, родившегося 1 октября 1935 года в селе Броды Оренбургской области, – чтобы отец вернулся с фронта живым.

В кратком повествовании и без лишних эмоций автор передает всю глубину тревоги маленького человека и всю силу детской надежды. 

«Когда отец получил повестку, мы пришли с ним к большому роднику. Он достал из кармана полтинник, на котором был изображен кузнец в лучах солнца, и положил его под один из камней.

– Смотри, сынок, вот здесь он лежит. Вернусь с войны, вместе достанем…

Четыре долгих года лежал полтинник под камнем. И зимой, и летом ходил я сюда, чтобы проверить, на месте ли он». 

И вместе с маленьким Васей читатель радуется тому, что отец мальчика вернулся домой с войны.

Невыдуманные рассказы

Называя свои рассказы невыдуманными, Василий Моргунов словно посвящал их реальным людям, чьи жизни он отразил в литературе. Ведя повествование о порой трогательных, порой забавных, порой мудрых, а порой и весьма неоднозначных поступках, он не осуждает персонажей. И будто призывает читателей понять, насколько сложной может быть жизнь…

Взять хотя бы «Исповедь»: главный герой говорит о трагедии, причиной которой стала сущая мелочь. Побоявшись испачкать новенький костюм, мужчина не помог завести застрявшую в грязи машину скорой помощи, а оказалось: «неотложка» спешила к его отцу и из-за потерянных минут опоздала… Или же – «Расплата»: здесь речь идет о женщине, посвятившей жизнь поиску и наказанию злодеев, оскорбивших ее. Она поделилась с автором, ставшим случайным ее попутчиком в поезде, как отомстила всем практически в стиле «Ворошиловского стрелка».

С распахнутой душой

Будучи внимательным и тактичным слушателем, Василий Борисович не стесняется раскрыть перед читателем свою душу: показать боль, признаться в поступке, о котором неприятно вспоминать. Так, в рассказе «Уртош» он описывает историю дружбы со своим четвероногим товарищем, который был, выражаясь языком алтайских старожилов, немножко овчаркой, немножко лайкой. Вспоминает, как, будучи совсем еще молодым, увидел на улице умирающего от холода слепого щенка. Как розовопузый малыш, названный Уртошем, сопровождая хозяина в таежных экспедициях – сначала в меховом мешке, потом на своих четырех лапах, – вырос в матерого красавца. И как Василий, решивший покинуть таежные места, был вынужден, скрепя сердце, оставить Уртоша охотнику. Понятно, что привыкший к лесной воле пес зачах бы в городе, но… логикой боли не заглушить.

И когда, много лет спустя, нашего героя пригласили принять участие в облаве на волков, не смог он выстрелить в огромного широколобого хищника, который, очевидно, был вожаком стаи, хоть и не понаслышке знал, насколько опасными бывают серые. Но не достало сил у человека, с детства привыкшего к охоте, спустить курок: боль в волчьих глазах была так похожа на ту, которая наполнила глаза Уртоша, когда он понял: хозяин прощается с ним.

Не так реален чёрт…

Отдельное место в литературном творчестве Василия Моргунова занимают юмористические рассказы. Они не высмеивают человеческие слабости, а легко и по-доброму подтрунивают над ними. 

Так, современные сорокалетние не могут сдержать растроганной улыбки, читая рассказ «А Круз сказал», героини которого – бабушки у подъезда – обсуждают перипетии популярного в девяностые сериала «Санта-Барбара». 

Большое внимание уделял Василий Борисович разоблачению суеверий. Сегодня, когда интерес к мистике эксплуатируется сверх меры, очень актуален его рассказ «Чертово колесо» – ироничная зарисовка об истинной причине таинственного, на первый взгляд, события. Случилось оно в родном селе автора. Однажды, в конце лета, на горе вспыхнул огненный столб. Потом превратился в огненное колесо и покатился в пруд. И все было реальным – и выжженная проплешина на горе, и обгорелый след на траве. А поскольку тот след вел в пруд, сельчане перестали купаться в злосчастном водоеме. И лишь паренек Вася с двумя товарищами не боялись заходить в него, чем заслужили славу смельчаков. Истинную природу необычного явления разбирали ученые из областного центра,  пытались разгадать и местные жители. Первые уехали ни с чем, вторые пришли к выводу, что это было «чертово колесо».

А приподнял завесу тайны сам Василий Борисович такой вот концовкой: «…В этом году племянник побывал в Бродах и рассказал, что пруд совсем высох. Так что, если хорошо покопаться в высохшем иле, то можно найти широкое переднее колесо от комбайна «Сталинец-5», обмотанное тряпками с запахом солярки».

Природу воспевал и защищал

Пожалуй, главным направлением творческой деятельности Василия Моргунова являются его рассказы о природе, зачастую иллюстрированные его же фотографиями. Читая их, каждый начинает понимать: насколько загадочна природа.

Так, в  одном из рассказов автор вспоминает, как в детстве с мальчишками спустился в глубокий выработанный карьер. Здесь ребят ждали интересные находки: темного цвета камни в виде пуль. Один из мальчишек напугался не на шутку и поведал приятелям старинное поверье: «Глубоко в земле черти живут, а им на свет хочется. Вот они и выкапываются, но как только на солнце лапы высунут, так у них пальцы и отпадают». 

Однако школьный учитель, узнав о происшествии, дал ребятам книгу, в которой была картинка с изображением «пальца» и пояснение: это скелет доисторического моллюска.

А будучи уже взрослым человеком, Василий Борисович нередко отправлялся на фотоохоту и возвращался домой с богатой добычей – кадрами, запечатлевшими истинную красоту окружающего мира, и впечатлениями, которых ожидало переложение на бумагу.

Показательный случай

В ноябре 1966 года была опубликована новелла о горе Полковник. Называлась она «Ходим по яшме». В ней автор рассказывает собственную версию того, как люди открыли для себя этот камень, и восхищается его красотой.

Позже, поступая в университет, наш герой в качестве практической работы представил свою новеллу. Она показалась читателям интересной не только с точки зрения журналистики. И через некоторое время… Но лучше дадим слово самому автору.

«Решено было построить здесь фабрику первичной обработки яшмы,  – позже писал Василий Борисович. – Вскоре фабрика заработала во всю мощь, производя не только первичную обработку, но и изготавливая замечательные поделки и даже произведения искусства из «пейзажной» и «рисунчатой» яшмы». Так небольшая новелла помогла горе Полковник получить статус государственного заповедника.

Жизнеутверждающая память

Сегодня Василия Борисовича Моргунова уже нет с нами. Однако, рассказывая о нем, так сложно использовать прошедшее время: в каждом рассказе и снимке мастера слышится его голос. Творчество нашего героя увековечило не только прототипов его персонажей, но и его самого в памяти новотройчан, в летописи города.

Марина Дегтярева, 
архивист Новотроицкого городского архива.



Жизнь его – фотороман с многоточием вместо финала Жизнь его – фотороман с многоточием вместо финала Жизнь его – фотороман с многоточием вместо финала Жизнь его – фотороман с многоточием вместо финала Жизнь его – фотороман с многоточием вместо финала Жизнь его – фотороман с многоточием вместо финала Жизнь его – фотороман с многоточием вместо финала Жизнь его – фотороман с многоточием вместо финала

 Назад

 В начало списка